С пола раздалось мычание, ругань и приглушенное бормотание.
— Я, пожалуй, пойду спать, — осторожно переступила я врезавшихся друг в друга вора и метаморфа.
— А блинчики? — поинтересовался уже вовсю жующий наемник.
— Пока готовила — поела, — отозвалась я, быстро выпрыгивая в коридор.
— Насть, ты спишь? — через час раздался голос Кира в комнате, где разместили меня и Марка.
Я старательно засопела, небось увидели гору грязной посуды, включая жирную сковороду, которую необходимо помыть. А я готовила! Пусть моют все сами! И заляпанный стол пусть вытирают… И пол! Послышался мученический вздох и дверь закрылась.
* * *
— Вставай!! — заорал на ухо кто-то.
Я испуганно подпрыгнула и наугад шибанула нападавшего магией. Послышался душераздирающий вой и красочное описание куда и почему я должна пойти.
— Марк, ты что ли? — зевнула и села я.
— Ненавижу тебя, — хныкал тот, разглядывая новоприобретенный пятачок и дергая себя за свиные уши. — За что ты меня так, а?
— А нечего было меня так будить, — проворчала я, совестно глядя на принца. — Давай все исправлю…
— Нет уж, — испуганно попятился друг, врезавшись спиной в стену. — Я лучше к Риону…
С этими словами он вышел.
— Ах да, — показалась его ушастая голова через секунду, — через полчаса выходим на разведку, у тебя пять минут на сборы.
Я раздраженно глянула на часы. Девять утра! А если учитывать, что легла спать далеко за полночь, то…
— На-астя-а!! — забарабанил в стену кто-то, вынуждая меня подняться с кровати.
Через десять минут я сидела на кухне и пила крепкий чай с сухарями.
— А печенья нет? — поинтересовалась я, безжалостно топя сухари, по твердости не уступавшие кирпичам.
Рион только хмыкнул, вновь что-то чертя на листе. Кир сортировал свои колбы с зельями, а расколдованный Марк не сводил с меня подозрительного взгляда и нервно сжимал в руке зеркальце.
— Зачем тебе оно? — спросила я.
— Чтобы если что, отразить твои заклинания, — мстительно сказал он. — И тогда ты станешь свиньей.
И он распылался в гадкой улыбке. Вор захихикал, его хихиканье постепенно переросло в хохот.
— Ах да, забыла сказать, — вспомнила я. — У меня нет больше того амулета, с помощью которого я могла бы преодолеть фамильную защиту рода Повелителя.
Смех резко стал хрипом.
— Скажи что ты неудачно пошутила, — сказал Рион, подавившись чаем.
— Зато у него есть волшебная татуировка! — мгновенно сдала я метаморфа. Теперь подавился он.
— Не такая уж она волшебная, — забормотал тот. — И вообще я вам помогать не собирался. Просто нужно было где-то переночевать и…
— Тебе разве не интересно что находится в Хранилище? — искренне удивилась я.
— Ну-у… — задумался он.
— Так, — сказал Рион. — Нам без тебя никак. Так что решай. Времени у тебя до вечера.
Я пнула метаморфа. Тот вынырнул из мыслей и пробормотал что-то утвердительное.
3
На площади собралась гигантская толпа. Все шушукались, переговаривались и почти каждый держал в руке что-то съестное!
— Простите, а почему тут так много народа? — спросила я у милой на вид старушки, плюющей на землю шелуху от семечек. — Ярмарка?
— Не, жонку Повелителя казнить будут, — с ажиотажем отозвалась та и принялась с еще большим усердием лузгать семена подсолнуха.
Толпа чуть расступилась, и я увидела, как на высокий деревянный помост, который сначала прияла за сцену, медленно поднялся высокий детина в маске палача. Мне резко поплохело, когда туда же стали втаскивать огромную гильотину.
— О боже… — прошептала я, чувствуя подкатывающую тошноту. — И все из-за меня…
— Если плохо, сиди дома! — недовольно раздалось сзади, и меня толкнули. — Нечего загораживать людям обзор!
Я, на подкашивающихся ногах, медленно двинулась из толпы. Села на грязные ступеньки какого-то дома и невидяще уставилась вперед.
— Настя! Представляешь… — появился рядом большущий черный пес.
— Представляю, — прошептала я, глядя на сверкающую гильотину, которую начали прибивать к помосту, чтобы не дай бог не упала… при исполнении приговора.
— Довольно странно, — нахмурился пес, садясь рядом. — За последние двести лет, а может и больше, это первая подобная смертная казнь. Обычно опасных преступников тихонько убивают магией в комнате смерти в тюрьмах, а тут…
— Даймон очень разозлился из-за того что Серафима попыталась меня убить, — тихо сказала я. — И наверное поэтому решил ее…
— Нет, — оборвал меня Марк. — Ты что? Гильотина — самая позорная и унизительная смерть! А Серафима как-никак женушка Повелителя. Если и смерть, то только магией. И почему Повелитель за нее не заступился? — задумчиво произнес он. — Я думал, что ей действительно ничего за покушение на тебя не будет. И поэтому так смело пугал ее. Хм…
Не успела я тоже над этим задуматься, как увидела его. Он медленно поднимался на помост, окидывая пронзающим насквозь взглядом толпу. Как только он остановился, толпа замолкла. Замолкла! Может он заклинание какое наложил? Потому что просто не может быть такого, чтобы все при виде его замолчали.
— Сегодняшним утром будет казнена супруга бывшего Повелителя Тьмы, — его голос разнесся по всей площади, заставляя трепетать от обманчивого бархата и вздрагивать от силы и мощи, сквозящей в каждом слове.
Я как завороженная глядела на Даймона и не могла отвести взгляд. Поэтому смысл его слов дошел до меня только тогда, когда площадь взорвалась криками и возгласами.
— Супруга бывшего Повелителя? — недоуменно повторил Марк. — Почему бывшего?
— Мой отец отошел от дел, — тихий голос демона легко перекрыл толпу, заставляя всех замолкнуть. — Его сердце, увы, не выдержало страшного предательства своей супруги, когда та попыталась его убить…
Народ вновь загомонил, а я непонимающе спросила:
— Серафима еще и на Бегерита напала? Ну и сумасшедшая…
— Она на него не нападала, — посмотрел на меня пес, чуть склонив голову и тяжело вздохнув.
В душу начало закрадываться подозрение. Страшное подозрение…
— …у него случился инфаркт, — продолжил Даймон, по его губам скользнула еле заметная усмешка. — Он назначил меня своим приемником. Официальное посвящение в Повелители состоится через неделю. А теперь то, чего вы все так долго ждали… Ведите!
В этом коротком слове прозвучало столько властности, что я невольно начала вспоминать то время, когда жила в замке Повелителя… Из грубо сделанной закрытой повозки, стоящей неподалеку, вывели дрожащую Серафиму. На ней было самое лучшее платье, ее волосы были великолепно уложены, вот только даже макияж не мог скрыть того, что она была невероятно бледна. У нее мелко-мелко дрожала нижняя губа, ноги заплетались. Руки были в изящных оковах, явно выполненных из звездного металла. Я перевела взгляд на Даймона и в который раз поразилась. Он стоял с ничего не выражающим лицом и спокойно смотрел, как его мачеху ведут к гильотине. С каждым шагом по помосту, Серафима дрожала все сильнее и сильнее. Неожиданно мне на ногу навалилось что-то тяжелое, я перевела взгляд вниз.
